«Могущественнейший император, отрада и ужас Вселенной, величайший из сынов человеческих, ногами своими упирающийся в центр земли, а головой касающийся солнца». Таким титулом наделил императора Лилипутии Джонатан Свифт, главная книга которого должна лежать на столе каждого рядового монарха и президента.
Многовековая борьба «тупоконечников» и «остроконечников» — сторонников разбивания яйца с той или другой стороны (пародия на религиозные распри в Европе), смертельно опасные прыжки лилипутов на канате (ради соискания государственных должностей) или способ, которым Гулливер затушил пожар во дворце (крыша которого была ему несколько ниже пояса) несомненно помогут современным цивилизованным правителям осознать истинную цену их регалий и амбиций.
Впрочем, нужно признать, что сатира английского актера Саши Барона Коэна особенно перекликается с сатирой последней книги о путешествиях Гулливера — в страну разумных и добродетельных лошадей (гуигнгнмов) и грязных, похотливых, звероподобных людей (еху). Книги, которая, по мнению исследователей, позволила мизантропии полностью захватить духовный мир писателя, что в свою очередь привело его к тяжелой душевной болезни в конце жизни.
В начале ноября на экраны Великобритании, США и Канады вышел фильм «Борат: Исследования культуры Америки во имя славного народа Казахстана» (Borat: Cultural Learnings of
Главный персонаж фильма (его и играет Коэн) — казахский журналист Борат Сагдиев колесит по Америке в поисках Памелы Андерсон, на которой он хочет жениться. Встречаясь с простыми американцами, Борат рассказывает им о Казахстане (во многом воспроизводит свои же скетчи, в течение нескольких лет шедшие на британском телевидении). Рассказывает несусветную чушь. О том, что казахи пьют перебродившую конскую мочу, экспортируют человеческие лобки, развлекаются стрельбой по собакам, а в казахских супермаркетах можно купить все, что угодно – от флейт, изготовленных из ребер евреев до туалетных стульчаков из отполированных женских тазобедренных суставов. В фильме Борат Сагдиев утверждает, что может попасть в цыгана камнем с
У западных СМИ нет сомнений относительно направленности сатиры и причин успеха фильма: Коэн высмеивает предрассудки и невежество американцев, провоцирует их (фильм снимался скрытой камерой) на проявление расизма, сексизма, животных инстинктов. Ведь это так приятно, что в мире есть страна, где женщину можно поставить на место (если купил ее за
«Жизнь — парадоксальнее любой комедии, — пишет Мэтью Норман в The Independent («Борат, Буш и черная магия сатиры», 30 октября 2006), — в день премьеры коэновского фильма никому не известный британский парламентарий от Либерально-демократической партии обвинил правительство в расизме — не за то, что оно, уступая поднявшейся в стране истерии, ограничило число болгар и румын, имеющих право получить работу в Англии, а за выражение «черная работа». И вот, в тот самый момент, когда министр внутренних дел изображает народы двух бывших стран-сателлитов СССР алчными кочевниками, стремящимися отобрать у британских граждан «черную работу», которую те и так отказываются делать, появляется этот усатый «чертик из табакерки», и рисует собственную карикатуру на вчерашних кочевников из бывшей советской республики, изображая их звероподобными идиотами».
Юмор это очень тонкое сочетание искажения, гротеска и узнаваемости, проецирования на действительность. Понятно, что юмор Коэна «заточен» на реалии Европы и США, но не Казахстана. Тогда, почему — Казахстан?
Версию о том, что Коэн чуть ли не ткнул пальцем в карту и, что не удивительно, попал в одну из крупнейших по территории стран мира, можно было бы не рассматривать. С тем же (а то и большим) успехом комик мог попасть в Россию, Китай, Индию, Австралию или Бразилию. Но об этих странах и народах американцы и британцы хоть что-то, но знают, и «продавить» розыгрыши на улицах было бы куда труднее. Удобная для казахстанских властей версия о причастности оппозиции к рождению образа Бората Сагдиева также выглядит сомнительно: ни один вменяемый политический деятель в проектах, способных негативно затронуть чувства народа, участвовать не станет.
По той же причине маловероятен и интерес к Борату фондов, спонсирующих демократические преобразования на пространстве СНГ. Кроме того, «казахстанский журналист» появился в одном из шоу Коэна еще до «революции роз» в Тбилиси и «оранжевой революции» в Киеве. Правда, известно немало случаев, когда проходной персонаж, став актуальным, выталкивался на авансцену.
Наконец, за проектом может стоять субъект более высокого уровня, нежели частные фонды. С начала 2000-х годов Казахстан будто вспомнил о мучительно трудном решении Совета Европы в1992 году «оставить в Европе» все государства, образовавшиеся после развала СССР. Астана стала проявлять повышенную активность в европейских делах. Как в политических, так и в экономических, в частности, энергетических. Такая настойчивость «выскочки» могла не понравиться кому-то из игроков первой линии.
Андрей Щербаков в материале на портале Правда.ру напоминает: еще в 2004 году британская газета «Сан» писала о жалобах Саши Барона Коэна друзьям на то, что ему не особо нравятся предлагаемые ему антиказахские «шутки», но за это так хорошо доплачивают, что он не в силах отказаться. Возможно, скандальный таблоид банально приврал. Возможно, идея «иностранного журналиста», обыгрывающего предрассудки обывателей, родилась в голове самого актера (или была кем-то ненароком подсказана). Но остается все тот же вопрос: почему Казахстан?
Почему не некая вымышленная страна? Как Лилипутия или Сириана. Такой прием дает гораздо больший простор, как для полета фантазии, так и для глубоких обобщений. Но у вымышленной страны есть и недостаток, по крайней мере, с точки зрения шоумена, высшая степень признания которого — скандал: власти Лилипутии и Сирианы в суд не подадут. Да, Казахстан подходил идеально. Несколько лет назад на слуху американцев было слово «Казахгейт», на худой конец воображение оживило бы страшное слово «казак» в сочетании с не менее страшным «-стан». В Европе же «новые казахи» засветились не менее ярко, чем «новые русские».
Посол Казахстана в Великобритании Ерлан Идрисов, написавший статью в The Guardian, во многом прав: «Да, мы легкая мишень. Барон Коэн мог создать карикатуру на влиятельную развивающуюся страну, такую, как Турция, Бразилия или Индия, но это повлекло бы резкую реакцию, возможно, даже на политическом уровне».
В целом же реакция казахских властей на выходки Бората Сагдиева оказалась беспомощной и непоследовательной. Угрозы судебного преследования сменялись приглашениями посетить Казахстан «с оплатой расходов», а закрытие сайта комика — апеллированием к разуму, например, уверениями в том, что в преимущественно мусульманском Казахстане много церквей и синагог. Вероятно, именно на такую реакцию склонного к пафосности руководства богатой постсоветской республики и рассчитывал Коэн.
Накануне последнего визита Нурсултана Назарбаева в США правительство Казахстана проплатило имиджевую («образовательную») рекламу в американских СМИ. Мероприятие «лакомое» для рекламных и PR-агентств и совершенно бесполезное: часть зрителей шоу «Борат», рано или поздно набирает в поисковой системе слово «Казахстан» и узнает о стране хоть что-то, что можно узнать из Интернета. Другая часть, увидев красивую картинку с надписью «Казахстан», начинает заранее хохотать. Здесь ничего не поделаешь.
Интересна реакция на скандал соседнего Узбекистана, которому тоже достается от неуемного комика. Высказывания казахских властей в его адрес Борат Сагдиев объясняет «происками узбекских шпионов» и грозится «разбомбить узбекские города из катапульт, если это не прекратится». На просьбы прокомментировать эти высказывания, в узбекском посольстве в Москве ответили, что «с творчеством названного британского актера не знакомы, и оценки такого рода не входят в компетенцию дипломатического представительства».
С коротким перерывом в США вышли две молодежные комедии. В одной оживили замерзшего пещерного человека, в другой — превратили в человека собаку. В обоих случаях их неадекватное поведение объясняли словами: «Он из э-э-э... Эстонии». Оборот вошел в молодежный сленг. Протестов со стороны Эстонии не последовало. Американцы так смеются над собой: 50% из них уверены, что Британия и Мексика это американские штаты где-то на Атлантическом побережье и рядом с Техасом. Опрос проводят регулярно, но результат не меняется. Что уж тут говорить об Эстонии.
Кажется, еще в конце 1985-го Михаил Горбачев вдруг предложил показать советскому зрителю глуповатый американский блокбастер Amerika об оккупации Советской Армией территории США. Уже на следующий день, явно под давлением Политбюро, он взял свои слова назад, объяснив это тем, что показ фильма может нанести гражданам нравственную травму, вызвать по отношению к США нездоровые настроения и т.п. Но для многих именно это событие стало началом Перестройки.
Очевидно, власти Казахстана поступят разумно, если признают, что ногами своими не упираются в центр земли, а головой не касаются солнца. Если пересмотрят свое понимание «гордости», откроют сайт Коэна, разрешат показ его фильма и даже пустят по ТВ в прайм-тайм его скетчи. Казахстанцы просто весело посмеются над предрассудками американцев (да и над своими, ведь предрассудки интернациональны), ничего более. А Борат Сагдиев, введший Казахстан в культурное пространство Европы, вполне заслуживает государственной награды.
«Мне было бы гораздо легче примириться со всем родом еху, если бы они довольствовались теми пороками и безрассудствами, которыми наделила их природа. <...> Но когда я вижу кучу уродств и болезней как физических, так и духовных, да в придачу к ним еще и гордость, — терпение мое немедленно истощается <...> Я так долго останавливаюсь на этом предмете из желания сделать, по мере моих сил, общество английских еху более переносимым; поэтому очень прошу лиц, в какой-нибудь степени запятнанных нелепым пороком гордости, не отваживаться попадаться мне на глаза». /Джонатан Свифт, Путешествие в страну гуигнгнмов/