В Ташкент 28 февраля прибыл с рабочим визитом заместитель помощника Государственного секретаря США по вопросам Южной и Центральной Азии Эван Фейгенбаум. О подробностях данного визита пока не сообщается. В официальном сообщении говорится лишь о «ряде встреч в министерствах и ведомствах», то есть фактически ни о чем.

Однако визит американского дипломата в Узбекистан будет продолжаться три дня. И уже это заставляет думать, что, как «министерства и ведомства», так и «ряд» проведенных там встреч должны быть достаточно представительными. Едва ли заместитель помощника Госсекретаря  отправился в Ташкент с трехдневным визитом вежливости.

Какие именно вопросы будут решаться в ходе этого визита, сказать сложно. Многие наблюдатели, однако, обратили внимание на то, что незадолго до визита правительственное издание Узбекистана «Правда Востока» поместило аналитический материал «Узбекистан-Запад: в поисках новых перспектив», посвященный необходимости улучшать отношения с Западом и искать пути выхода из той ситуации, в которой они оказались. И в частности, в материале говорилось о необходимости, прежде всего, восстанавливать нужный уровень отношений с Соединенными Штатами. Подобные материалы в правительственных газетах редко появляются без всякого повода. Особенно накануне визита американского дипломата (который, разумеется, так или иначе осведомлен о содержании материалов СМИ в стране, куда он должен нанести визит). При этом стоит отметить, что Фейгенбаум фактически занимает не столь уж высокую позицию в Госдепе. То есть его приезд в Узбекистан не может носить «знаковый» характер (в этом случае «знак» получится слишком неубедительным). В качестве, в той или иной мере, «знакового» визита можно рассматривать, скажем, приезд в Ташкент в августе прошлого года Ричада Баучера (чьим заместителем, собственно, и является Фейгенбаум), в ходе которого помощник Государственного секретаря США по вопросам Южной и Центральной Азии провел встречу с президентом Узбекистана Исламом Каримовым. Это действительно была первая встреча руководителя Узбекистана и высокопоставленного представителя американской дипломатии после заметного охлаждения отношений в 2005 году. Тогда сторонам нужно было в буквальном смысле посмотреть друг другу в глаза и решить, что политика по изоляции в конечном итоге не приносит выгоды ни Узбекистану, ни США, а потому данную страницу в отношениях необходимо, так или иначе, закрывать. И эту задачу августовский визит Баучера, в принципе, решил.

Впрочем, заявленные намерения, очень редко означают немедленный разворот прежней политики. Для этого необходимо не только решения, принятые на высоком уровне, но и достижение целого ряда конкретных формальных и неформальных соглашений и, наконец, налаживание отношений на уровне государственного аппарата. Этим, судя по всему, и должен заниматься в Узбекистане Эван Фейгенбаум. Вообще, если в страну на несколько дней прибывает дипломатический работник не самого высокого уровня, он действительно должен там что-то делать, то есть заниматься серьезной работой по решению конкретных задач. Что еще увеличивает значение этого визита для Узбекистана.

Стоит, пожалуй, обратить внимание на самого Эвана Фейгенбаума. Центрально-Азиатской проблематикой он занимается относительно недавно – с середины  2006 года. В течение 5 лет его службы в Государственном департаменте США он был членом штаба политического планирования при Государственном секретаре США, где занимался Азиатско-Тихоокеанским регионом, однако прежде всего, отношениями США с Китаем и Тайванем, то есть традиционно одним из наиболее сложных вопросов в американской внешней политике. До этого Эван Фейгенбаум работал в Гарвардском университете, также занимаясь китайскими вопросами.

То, что теперь Фейгенбаума «бросили» на Центральную и Южную Азию, разумеется, может объясняться какой-то бюрократической и номенклатурной логикой, не имеющей прямого отношения к внешнеполитическим вопросам. Но все же стоит обратить внимание на то, что само решение объединить в Госдепе США направления работ по Южной и Центральной Азии было принято относительно недавно и означало принципиальное изменение подхода к Центральной Азии (после распада Советского Союза странами Центральной Азии занимался департамент евразийской политики, отвечавший, в том числе, и за Россию). Регион решено было связать с судьбами Южной Азии и, таким образом, способствовать росту экономических связей двух азиатских регионов. Однако это принципиальное стратегическое решение необходимо было наполнить конкретными инициативами и четко сформулировать новые внешнеполитические подходы Америки к региону. И следует отметить, что именно Фейгенбаум стал автором недавнего доклада в Институте Центральной Азии и Кавказа в Вашингтоне «Экономическая интеграция Центральной Азии. Американская точка зрения» (доклад был прочитан 6 февраля и опубликован 20 февраля). В нем заместитель помощника Госсекретаря подробно говорил о том, что США будет уделять внимание усилению экономических и политических связей государств Центральной Азии, и именно это может стать залогом обеспечения интересов США в регионе. Также он заявил о необходимости усиления связей с Южной Азией, и в качестве одного из напрашивающихся проектов назвал поставку дешевой электроэнергии из Центральной Азии на южноазиатские рынки. В докладе уделялось внимание и диверсификации экономических связей центрально-азиатских стран в принципе, прежде всего это, разумеется, касалось маршрутов поставок энергоносителей.

Доклад содержит достаточно объемный материал, полностью приводить его тезисы в данной статье достаточно затруднительно. Важно, прежде всего, то, что новая внешнеполитическая концепция США в отношении стран Центральной Азии получила четкое оформление. И тот, кто взял на себя этот труд, находится сейчас в Узбекистане.

И это, пожалуй, закономерно. Узбекистан услышал от Америки именно то, что хотел услышать – США не считают «демократизацию» региона перспективным и приоритетным направлением и намерены сконцентрироваться на изменении экономического ландшафта Центральной Азии – а это уже повод для спокойного и серьезного разговора. Тем более что экономическая интеграция региона, заявленная в качестве приоритетной цели, без подключения Узбекистана, занимающего в регионе центральное положение, просто теряет смысл. Решению связанных с этим конкретных вопросов и посвящена, судя, по всему поездка Эвана Фейгенбаума.

Разумеется, не стоит ждать от этого визита немедленных результатов. Это действительно рабочая поездка, которая посвящена сбору материалов, требующих затем осмысления и представления руководству в виде конкретных предложений. Однако то, что США предпринимают все более заметные шаги для изменения  своего подхода к Узбекистану, пожалуй, действительно важно.