Пятнадцать лет назад республики-сестры отказались от коммунальной квартиры под названием СССР. Каждая из них стала жить своим собственным домом и преодолевать свои трудности. Счастье, конечно, тоже есть – но выстраивается оно не так легко и быстро, как элитная недвижимость. Поэтому все постсоветские соседи остаются похожими друг на друга. Особенно похожи их надежды на хорошего прораба, каким, в сущности, должен быть каждый постсоветский президент. Перед гражданами Таджикистана проблема выбора такого прораба в очередной раз встанет 6 ноября, и, как многие ожидают, действующий глава государства Э. Рахмонов сумеет подтвердить свои полномочия.
Впервые Э. Рахмонов занял пост президента в 1994 году сроком на пять лет. В сентябре 1999 года был проведен всенародный референдум, который продлил срок президентских полномочий до семи лет. В июне 2003 года в Таджикистане был проведен второй, в результате которого действующий глава государства может избираться еще на два семилетних срока. Другими словами, в Таджикистане возникла легитимная президентская инвеститура продолжительностью в 21 год, что в мировой практике явление не очень распространенное. Но ведь и пережитые Таджикистаном потрясения встречаются не на каждом шагу.
Сейчас в активе Э. Рахмонова прекращение при поддержке международного сообщества гражданской войны, работа в режиме «раздела власти» с политическим крылом исламской оппозиции и лояльность правящей НДПТ по отношению к деятельности партий, выступающих с социал-демократических, социалистических и коммунистических позиций. В целом он сумел обеспечить некий уровень стабильности, необходимый для привлечения внешних инвестиций, старта энергетических и транспортных проектов, начал жесткую борьбу с наркотрафиком. При Э. Рахмонове Таджикистан стал превращаться в большую международную стройку, в которой, необходимо подчеркнуть, очень важную роль играют партнерские связи с Россией.
Но на фоне позитивных подвижек существует много тем, обсуждение которых не позволяет смотреть на таджикские будни и нынешнюю избирательную кампанию сквозь розовые очки. Хотя, согласно официальным данным, в последние пять-шесть лет ВВП Таджикистана рос примерно на 9% в год, т.е. почти как у азиатских тигров в период рывка, средний ежемесячный доход жителей колеблется, по оценкам, в интервале 5 – 25 долларов. Практически половина взрослого населения превратилась в рабочих-отходников: только в России от шестисот тысяч до миллиона таджикских граждан пребывает в этом качестве. По, возможно, преувеличенным оценкам оппозиции, примерно 60% населения страны живет за счет доходов мигрантов, работающих в России, 25% за счет наркотрафика и 15% за счет гуманитарной помощи зарубежных стран. На фоне этих цифр выкладки о клановости правящих кругов, коррупции или сообщения о присутствии на севере страны трех группировок вооруженных экстремистов просто теряют свою пикантность. Поэтому, беспристрастно оценивая положение дел накануне президентских выборов, уместно заключить, что Э. Рахмонов и его команда пока обеспечивают контроль над ситуацией, но не над ее развитием.
Отчасти такой итог обусловлен масштабами восстановительных работ, которые приходится вести на всех направлениях государственной деятельности, отчасти афганским соседством, отчасти демографическими трендами. Но все же власти пока не дали внятного ответа на вопрос, как обустроить сельское население, составляющее большую часть жителей страны. Нет такого ответа и у таджикской оппозиции.
Компетентность конкурентов Э. Рахмонова и возглавляемой им правящей Народно-демократической партии Таджикистана (НДПТ) оценить достаточно сложно. После убедительной победы НДПТ на парламентских выборах 2005 года президенту удалось избежать серьезного оспаривания их итогов, что было особенно важно на фоне киргизских событий. Со своей стороны, ряд оппозиционных партий смогли получить подтверждение статуса, но затем не сумели расширить массовую базу и перейти от критики правительственного курса к выдвижению конструктивных инициатив практического плана.
Неслучайно основные оппоненты политики Э. Рахмонова, такие как Партия исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ), Социал-демократическая партия Таджикистана (СДПТ), Демократическая партия Таджикистана (ДПТ) и Социалистическая партия Таджикистана (СПТ), формулировали свое отношение к предстоящим президентским выборам долго, с большими колебаниями и в условиях острых внутренних разногласий. В последние месяцы оппозиционные партии неоднократно жаловались на трудности регистрации кандидатов, бесперспективность борьбы с административным ресурсом, обвиняли руководство страны в нарушении избирательного законодательства и политических репрессиях. Так, например, ДПТ особенно остро ставила вопрос о своем бывшем председателе М. Искандарове, приговоренном к длительному тюремному заключению в качестве фигуранта уголовного дела. В конечном итоге, к настоящему времени ПИВТ, СДПТ и ДПТ по различным мотивам заявили об отказе в выдвижении своих кандидатов на предстоящих президентских выборах.
Хотя, вероятно, не все жалобы оппозиции лишены оснований, все выглядит не так фатально, как хотели бы представить конкуренты Э. Рахмонова. Показательно, например, что, несмотря на общие трудности, оппозиционные партии далеки от выдвижения единого кандидата. Предвыборная кампания в Таджикистане проходит с участием международных наблюдателей, поддерживается структурами ОБСЕ и СНГ, подробно освещается прессой. Политическая борьба за пост таджикского президента в целом является рутинной для обществ, переживающих становление многопартийной системы. Она не выводит Таджикистан за рамки мирного развития и продолжения демократических преобразований.
При всех интригующих сюжетах ноябрьские выборы таджикского президента состоятся на альтернативной основе. Помимо Э. Рахмонова, которого выдвинула НДПТ, в них примут участие, по крайней мере, еще четыре кандидата: А. Гаффоров – от Социалистической партии (СПТ), И. Талбаков – от Комунистической партии (КПТ), лидер Аграрной партии (АПТ) А. Каракулов и кандидат от Партии экономических реформ (ПЭРТ) О. Бобоев.
Лозунг построения демократического светского государства на основе верховенства закона, с которым Э. Рахмонов обратился к своей партии и соотечественникам, очень привлекателен. Привлекательны также обещания искоренить коррупцию, преодолеть бедность, продолжить экономические реформы. Примечательно, что большинство этих идей, так или иначе, присутствуют и в программах других кандидатов в президенты.
Таджикские избиратели придут к урнам почти через месяц. Пока, вероятно, их мысли занимают не только популярные политики, но и нелегкие повседневные хлопоты. Будущий прораб просто обязан облегчить бремя их забот, причем улучшить жизнь не за семь лет, а за полтора – два года.
Автор – профессор Кафедры мировых политических процессов МГИМО(У)